«Твой ответ осчастливит наш город». Последнее послание из Николаева Сергею Есенину

3 октября исполнилось 125 лет со дня рождения великого русского поэта Сергея Есенина

10:05
Есенин

Есенин никогда не был в Николаеве, но его причастность к нашему городу, хотя и символична, но несомненна и единственно неповторима: в Николаеве жил не просто адресат поэта, а «последний адресат Есенина» – 16-летний наборщик в типографии Яков Евсеевич Цейтлин – литературный псевдоним Цветов (1909-1977 гг.), написавший в мае 1925 г. поэту восторженное письмо. После ответной эпистолы в Николаев Есенин писем больше никому не писал – только шесть записок хранится в архиве. Послание Цейтлина и ответное письмо Есенина затерялись на долгие годы.

поэт
Яков Цейтлин

Отыскать их оказалось под силу только Юрию Львовичу Прокушеву (1920-2004 гг.) – писателю, литературоведу, лауреату Государственной премии РСФСР им. М.Горького, исследователю, издателю, фанатично увлечённому популяризатору творчества Есенина, всю профессиональную жизнь находящемуся, начиная с пятидесятых годов, в постоянном поиске затерявшихся документов и фактов биографии поэта. Он был в личном дружеском контакте с друзьями и родственниками Есенина.

Свои долгие поиски переписки Есенина и Цейтлина Юрий Прокушев описывает в статье «Последний адресат Есенина» (ж. «Москва», №10, 1980): «Тогда, в пятидесятые годы, я был в начале своего долгого пути – длиною в жизнь». Статья повествует о запутанном, тридцатиоднолетнем пути к разгадке эпистолярного треугольника «Николаев-Москва-Николаев» или «Цейтлин-Есенин-Цейтлин» (впоследствии литературный псевдоним Цветов, что очень затруднило поиски). Итак, пошаговые находки и открытия Юрия Прокушева, одновременно расширяющие горизонты литературного краеведения Николаева.

Сергей Есенин
Юрий Львович Прокушев и Константин Сергеевич Есенин

1. Ещё в 1949 году толстовед К.Ломунов представил своего аспиранта Юрия Прокушева Софье Андреевне Толстой – внучке Л.Толстого и жене Есенина. После чего Юрий Львович часто бывал в доме Софьи Андреевны – завязалась их творческая дружба. Молодой литературовед, увлечённо исследующий жизнь и творчество Есенина, в 1955 г. по заслуженному доверию получает доступ к личному архиву последней жены Есенина Софьи Толстой и впервые узнаёт от неё о последнем адресате поэта и их переписке. Но, кроме конверта с адресом, у неё ничего пока не нашлось. Значит, искать письма нужно в других архивах.
2. Вторым шагом было изучение в том же 1955 г. московского, ленинградского и николаевского архивов с целью отыскать эту переписку. Но и это не приблизило к развязке. Правда, листая за 1924-1926 гг. подшивку газеты «Красный Николаев», Прокушев нашёл стихи Якова Цейтлина – начинающего поэта. Стихи, по его мнению, «непосредственно открытые, наивно-дерзкие, шумные, то агитационно-лозунговые, призывные, то задумчиво-грустные, тихие, напевные, почти все ещё художественно несовершенные, во многом подражательные, написанные «под» Есенина, Маяковского, Д.Бедного, поэтов «Кузницы». Однако есть в них и своё, личное: это живое ощущение окружающего мира – сложного, противоречивого, романтического».
3. Далее Юрий Львович выяснил, что мемуаристка Софья Семёновна Виноградская ещё в 1926 году в «Библиотечке «Огонька» опубликовала свои воспоминания, в которых говорилось о том, что Есенин в декабре 1925 года «заинтересовался незнакомым начинающим поэтом. Это был комсомолец, приславший ему ещё в мае по адресу «Прожектора» письмо со стихами. Есенин тогда находился в санатории, и письмо было доставлено ему в декабре с большим опозданием. В ответном письме, посланном 12 декабря, за две недели до смерти, Есенин просил прощения за вынужденный поздний ответ, дал отзыв о присланных стихах, обещал прислать свои книги в Николаев. Восторженное, полное дикой радости ученика ответное письмо комсомольца пришло уже после смерти поэта». Екатерина Александровна, сестра Есенина, в 1955 году познакомила Прокушева с С.Виноградской, видевшей все письма этой переписки, однако документов у неё не оказалось.
4. Наконец наступила полоса везения. Первую реальную удачу принёс январь 1957 года: Софья Толстая, желая помочь Прокушеву, продолжала перебирать есенинский архив и в одной из папок своих личных бумаг обнаружила последнее письмо Есенина, первый вариант которого был отослан в Николаев. Радости Прокушева не было предела!
5. Является ошибочной в николаевском краеведении информация о том, что во всех посмертных изданиях произведений Есенина было напечатано письмо Есенина к Цейтлину. После смерти Есенина, пишет в своей статье Прокушев, его произведения в однотомнике переиздавали в 1940 и 1946 гг. И только в начале 60-х гг., когда вышло 5-томное издание произведений С.Есенина, в последней книге которого впервые было опубликовано найденное письмо Есенина к николаевскому адресату.
6. Следующая находка была совершенно неожиданным подарком — вознаграждением за великие труды. В январе 1962 года для выяснения вопросов о работе Есенина в типографии Сытина Прокушев встретился с Надеждой Романовной Языковой, которая вместе со своей сестрой Анной тоже работала в этой типографии. Анна стала гражданской женой Есенина и в январе 1915 г. родила ему сына Юрия. В декабре 1925, перед отъездом в Ленинград, Есенин оставил Анне Романовне некоторые свои бумаги, которые после смерти Анны Изрядновой хранились у её сестры Надежды Романовны. Далее Юрий Прокушев восторженно повествует: «Она любезно мне их показала. И вот среди этих бумаг я и обнаружил то, что уже почти не надеялся отыскать: стихи и письмо Я.Цейтлина к Сергею Есенину!!! Это был волнующий документ романтической эпохи двадцатых годов, свидетельство великой, восторженной любви юного рабочего поэта-комсомольца и его друзей-николаевцев к Есенину, его стихам, к его личности и его жизни. Читать это сегодня спокойно, без волнения и слёз – невозможно».
7. После публикации письма Есенина Яков Цейтлин, если жив, должен был объявиться, полагал исследователь. Но его следы затерялись, казалось, навсегда. «Порой мне казалось, – пишет Юрий Львович, — что я почти у цели, что встреча с этим человеком вот-вот состоится. Но каждый раз обнаруживались новые «белые пятна». Шли годы. Всё меньше оставалось надежды на разгадку «тайны» последнего есенинского адресата, на встречу с ним…»
И вдруг в 1970 году на одном из партийных совещаний московских писателей рядом сидящий и давно знакомый «писатель-прозаик Яков Цветов с улыбкой сказал: «Дорогой Прокушев, а знаете ли вы, что я и есть тот самый последний адресат Есенина, который вас интересует?» Поначалу даже подумалось, не очередной ли это писательский розыгрыш. Я молчал. Меня смущал ещё один немаловажный факт: адресат Есенина носил другую фамилию».
8. Цветов легко убрал «закавыку», которая спутала все карты в поиске последнего адресата Есенина: «В 30-е годы я приехал в Москву. Нет, не как поэт. К этому времени я связал свои литературные занятия с журналистикой, много ездил по стране, печатал свои очерки в «Комсомольской правде», позднее в «Известиях» и «Правде». История эта произошла со мной лет тридцать тому назад – перед войной, непредвиденно и даже – случайно. В одной газете требовалось напечатать два моих очерка. Каждый отдел отстаивал свой материал. Тогда решили: один очерк дать под моей фамилией, а под другим дать псевдоним «Цветов», тут же, с ходу, кем-то придуманный. Так и пошло. Я стал Цветовым: и когда я был военным корреспондентом, и когда стал писателем. Прямо литературный детектив. Причём, со счастливой развязкой». При таких обстоятельствах почти невозможно было предположить, что два произведения, давно прочитанные Прокушевым: тоненький сборник стихов Цейтлина николаевского периода «Жатва» и объёмный роман Цветова «Птицы поют на рассвете» – имеют одного автора. Но встреча двух литераторов была неожиданной радостью для обоих: Цветов и думать не смел о том, что его письмо уцелело. «Это просто фантастика! – восклицал он. – Где удалось вам его отыскать?»
«Трудно передать то состояние, которое испытывал в эти минуты Яков Евсеевич. Он держал в руках свое письмо, которое почти полвека тому назад отправил Есенину. Он читал свое юношеское послание молча, на глазах его были слезы. Я на какое-то время оставил его одного, понимая, что сейчас он весь там, в своей юности, в своем родном, дорогом ему Николаеве…» «Написать Есенину, – размышлял Яков Евсеевич с теплотой в голосе, – значило адресоваться к самой Поэзии. И мы не ждали, что поэт ответит нам. Это были строки нашей благодарности ему. Сейчас для меня особенно ясно, что без поэзии Есенина нельзя представить мое поколение. Влияние поэзии Есенина на духовную жизнь читателей в годы нашей молодости трудно с чем-либо сравнить. Я в этом глубоко убежден. А если иметь в виду нас, молодых литераторов Николаева – рабочих и студентов, партийцев и комсомольцев, то все мы в ту пору буквально «бредили» Есениным. Что же говорить обо мне – «счастливчике», которому прислал письмо сам Есенин, да еще столь обнадеживающе-доброжелательное, содержащее такие важные советы Мастера начинающему стихотворцу».
9. Итак, адресат найден, раскрыта загадка с его фамилией, и Прокушев воодушевлённо обратился к Цветову: «О последнем адресате Есенина, его примечательной судьбе должны знать и другие – те, кому дорога и близка судьба великого поэта России». Но получил неожиданный ответ: «Всё это так, Юрий Львович, – но не торопитесь писать об этом… Все, что произошло со мной в Николаеве тогда, в дни моей молодости, для меня памятно, дорого и свято на всю жизнь; всё это слишком глубоко личное. И пусть пока всё это будет нашей с вами «тайной». Одним словом, не торопитесь…» И Юрий Львович не торопился: дружеские встречи с Яковом Евсеевичем продолжались, ему всё полнее открывался облик этого отзывчивого и сердечного человека, совестливого и предельно требовательного прежде всего к себе.
Об этой детективно-литературной истории Прокушев поведал миру уже после смерти Якова Евсеевича в 1980 году. А в 1972 году, когда прошло уже два года, как имя Цветова-Цейтлина было Прокушевым для читателей рассекречено, студентка николаевского филфака Мехри Рахманова первая из николаевских авторов написала письмо Цейтлину. Яков Евсеевич прислал тёплый, дружеский ответ, сообщил также и о том, что первое его письмо к Есенину находится у Прокушева. Мехри сообщила об этом в заметке «Лист Сергія Єсеніна у Миколаїв до миколаївського поета Якова Цейтліна» (газета «Ленінське плем’я», 16.09.1972 г.).
Потом о последнем адресате Есенина писал П.Соломатин в 1975 г., а после публикации Прокушевым письма Цейтлина в 1980 г. к этой теме обращались М.Карбивничий, Ю.Зиньковский, Т.Пересунько. В книге «Гори, звезда моя, не падай» Т.К.Пересунько, не сопоставив факты по датам и вложенным усилиям, пишет: «Ю.Прокушев и Мэхри Рахманова параллельно шли к разгадке тайны исчезновения первого письма Я.Цейтлина к С.Есенину. Но у Прокушева было больше шансов на победу. В итоге фортуна повернулась к нему лицом».
На самом деле никаких «параллельных» поисков не могло быть: Прокушев прошёл кропотливый и неустанный путь поисков по теме с 1955 по 1970 гг. Письмо Я.Цейтлина у него было на руках ещё в 1962 году. Заслуга Мэхри – её эпистолярное обращение в 1972 году к уже рассекреченному к тому времени Цветову.
Письмо Цейтлина Есенину – это не просто недостающий факт биографии поэта. Это дошедший из Николаева лучик радости, счастья, веры, надежды, любви и нравственной силы, поддержки для поэта в самый безысходный период его жизни. За две недели до заказного убийства Сергей Есенин прочитал искренние, живительные строки о всенародной любви к нему и его поэзии, столь нужные его страдающему сердцу. Поэт улыбнулся! У него потеплело на душе! Не сложись так трагически события в жизни Есенина, он бы обязательно не только встретился с Яковом Евсеевичем в Москве, но и приехал бы в Николаев, чтобы окунуться в атмосферу любви и почитания его поэзии. Если бы, если бы…
Вот выборочный текст письма Я.Цейтлина Есенину от 25.05.1925 г.: «Дорогой Сергей Есенин! Прости, что так вихрасто пишу, ибо при твоём имени я волнуюсь и сердце готово выпрыгнуть и умереть… Разве можно своё чувство выразить словами… ты единственно современный настоящий поэт. Провинция сейчас преклоняется перед тобой (в городе одна лишь «Радуница), а поклонников… не сосчитать!.. Но это нам не мешает «болезненно» следить за тобой по журналам.
У нас очень много есенинцев (так они и прозваны) – рабочие, женотделы, студенты, мещане, комсомольцы и даже пионеры (у каждого сердце «есенинское»!). Делаем везде о тебе доклады. А по ночам ходим и, как помешанные, пьем вёдрами твои стихи!
Дорогой Сергей, помоги нам! Оживи нас!!! Если ты нам пришлёшь свои книги, мы будем счастливейшими в мире! Пожалуйста, Сергей! Я за твой «берёзовый ситец» последние свои брюки готов загнать.
Сергей, ты – гениален!!!
Ты единственный поэт, который заставил меня трепетать перед твоим именем… Когда знаменитый украинский лирик Сосюра был в Николаеве, он также с благоговением произносил твоё имя… Весь день мы с ним шлялись и пухтели твоими стихами… Самая светлая минута в моей жизни будет та, когда я с тобой лично увижусь…
Дорогой Сергей, пожалуйста, ответь… Твой ответ осчастливит наш город, а в особенности твоих детей – есенинцев.
С комсомольским приветом от всех поклонников, Яков Цейтлин.
Мой адрес: г.Николаев, Адмиральская, 23» (М. -1980. — №10. — с. 209).
А это отрывки из ответного письма Есенина к Цейтлину от 13.12.1925 г.: «Дорогой товарищ Цейтлин. Спасибо Вам за письмо. Жаль только то, что оно застало меня очень поздно. Я очень рад и счастлив тем, что мои стихи находят отклик среди николаевцев. Книги я постараюсь Вам прислать.
Дарование у Вас безусловное, теплое и подкупающее простотой. Только строго следите за расстановкой слов (далее шли профессиональные советы). Желаю Вам успеха, как в стихах, так и в жизни и с удовольствием отвечу Вам, если сочтете это нужным себе. Жму Вашу руку. Сергей Есенин».
Случай, судьба ли распорядились осчастливить, поддержать поэта в предсмертный час? За этот подарок любимому поэту и нашему Николаеву спасибо неравнодушным, мужественным людям: Якову Цейтлину и Юрию Прокушеву.
Зоя Шаталова,
литературный краевед.