Ростралы Николаева. Байка николаевская, историческая

9:35

Откройте «Вечерний Николаев» в Google News и  Телеграм-канале

байка

Всем известны ростральные колонны Санкт-Петербурга, символизирующие собой триумф, морскую силу и славу города на Неве. Кроме того, эти колонны и их огни играют роль маяков, указывающих правильный путь кораблям. Аналогичную роль в жизни нашего города играли известные личности, которые я назвал ростральными.

Так случилось, что мне довелось работать в руководстве города с шестью мэрами. Причем не в составе их команд, а просто вместе. За это время произошло много событий, важных для Николаева и его горожан. Об одном из таких и пойдет речь в этом материале.
1999 год. Международное парусное ралли «Кайра», наконец-то, добралось до города морской славы – Николаева. Руководство города к этому тщательно готовилось. Сначала долго спорили – где принимать около 60 яхт из 13 стран мира. Яхтсмены предлагали акваторию и территорию яхт-клуба. Особых проблем там принять гостей не было. С помощью военных навели в яхт-клубе несколько понтонных причалов. Однако прием «Кайры» в яхт-клубе особого восторга у городского головы А.Олейника не вызвал.
«Кайру» принимать будем в центре города на набережной нижнего БАМа» (бульвар им. Адмирала С.О. Макарова), – сказал, как отрезал, а спорить с Анатолием Алексеевичем – себе дороже выйдет.
Подготовительные работы в яхт-клубе прекратили. Понтонные причалы перетащили на нижний БАМ. Штаб развернули в здании детской флотилии. Все шло по плану, пока кто-то из присутствующих на аппаратном совещании горисполкома доходчиво не объяснил, что к нижнему БАМУ парусники смогут подойти только на веслах, без парусов. Расстояние между берегами Ингула в этом месте — не больше 100 метров, и галсировать яхты не смогут. Кроме того, при порыве ветра судно под парусом может выбросить на берег.
Пришлось возвращаться к первому варианту с яхт-клубом. Но мэр настоял на своем. Он был уверен, что ничего невозможного не может быть. При таком раскладе красота яхтенного ралли могла быть смазана, ведь парусник без паруса, что сидальница без двух полушарий.
После долгих споров решили, что «Кайра» относительно безопасно сможет подойти к нижней набережной только под самым маленьким стакселем (на яхтенном жаргоне – «слюнявчик»). Это такой маленький парус на мачте яхты.
Я вспомнил, что некогда история уже встречалась с подобной проблемой. Предлагаю окунуться в события тех далеких дней. Шла русско-турецкая война за возврат исконно христианских территорий Северного Причерноморья. Основные военные события разворачивались в акватории Черного моря, где соперничали парусные флоты противоборствующих держав. Но при ведении боевых действий вблизи прибрежных городов и крепостей приходилось заходить в узкие гирла рек, где парусный флот не мог свободно галсировать и становился никчемным.
Вот тут-то и возникла необходимость в создании гребной флотилии. Руководство флотилией было возложено на генерала де Рибаса с дислокацией в Николаеве. Для расквартирования гребного командующего были выделены полквартала николаевской земли на пересечении улиц Никольской и Наваринской. Вскоре здесь де Рибас обустроил целое имение в составе нескольких отдельных зданий – жилого дома, столовой и различных построек хозяйственного назначения.
Здесь в период с 1792 по 1794 де Рибас по поручению Суворова и Потемкина разрабатывал план захвата Константинополя, так называемый «Греческий проект Екатерины ІІ»!!! Перспектива выдвижения из Николаева на веслах до Константинополя очень удручала генерала, и он начал искать выход из создавшегося положения. Ему на ум пришло перенести и обустроить базу Черноморского флота поближе к месту боевых событий в Хаджибеевский лиман. Но против был последовательный сторонник идеи Потемкина о базе в Николаеве, командующий Черноморским флотом адмирал Мордвинов.
Началась борьба двух высокопоставленных вельмож. Де Рибас, будучи воспитателем незаконнорожденного сына императрицы от графа Орлова, сумел убедить Екатерину и дискредитировать Мордвинова. В результате интриг де Рибаса адмирала Мордвинова разжаловали и сняли с должности генерал-губернатора.
Начало создания гребной базы и строительства города, получившего впоследствии наименование Одесса, приходится на 1794 год. К тому времени светлейший князь Таврический отправился в иной мир, оставив о себе добрую память и великие содеяния. Императрица же изменила памяти Потемкина благодаря наветам де Рибаса. Одесситам, безусловно, не очень комфортно принимать де Рибаса в качестве покровителя своего города. В результате, они всячески пытаются притулить к имени своего города более достойную историческую личность – светлейшего князя Г. Потемкина. Так, знаменитая Потемкинская лестница не имеет ни малейшего отношения к основателю Тавриды. Именно с закладкой Одессы было опорочено имя князя Таврического, а его добрые дела и завещания были преданы забвению.
К написанию этой статьи меня сподвигло то, что на форумах в интернете, в исторических и литературных средах периодически возникают дискуссии о роли личностей в истории Северного Причерноморья 18 века. Некоторые «специалисты от истории» упорно пытаются представить Г. Потемкина как одного из основателей Одессы. С исторической точки зрения это выглядит кощунственно по отношению к собирателю земель Северного Причерноморья. По факту Г.Потемкин — основатель городов Херсон — в 1778 г. и Николаев — в 1789 году.
Владимир Раков.