Поэтесса Ольга Сквирская и её стихи

стихи

Поэтесса Ольга Сквирская родилась в Николаеве 14 апреля 1978 года. Окончила Николаевский филиал Национального университета «Киево-Могилянская академия» по специальности «политология». Работала журналистом на николаевских телеканалах и в прессе. С 2009 года – член Союза журналистов Украины.
В 2007 году стала обладательницей «Гран-при» в жанре «Поэзия» по итогам областного конкурса молодых литераторов «Золотая арфа». В 2010 году вышла в финал конкурса русскоязычных поэтов в Украине «Пушкинская осень в Одессе».
Публиковалась в следующих изданиях: «Роман-журнал XXI век», альманах «Каштановый дом», поэтический сборник «Лит-Ё», литературный журнал «Соборная улица», газета «Вечерний Николаев», городской журнал поэзии «Літера-Н.».
Автор двух книг: «Васильковые бусы» (стихи, 2010 год, издательство Ирины Гудым), «Три жёлтых сна» (стихи, эссе, 2015 год, издательство «Илион»).
Соавтор короткометражного фильма на свои стихи «Восьмая луна».
С 2015 года – член Союза писателей Украины.
Организатор историко-литературного фестиваля «Спасский трамвай».

Начало лета

Проснулось море. Дышит и дрожит,
Поблескивая зеленью и синью.
Из глубины доносится Россини,
У берега грохочет гулкий бит.

И солнце оживает. Паруса
Прилаживает к запыленной мачте,
Чтобы сошлись в желаннейшем из матчей
Босые ноги утра и роса.

Не бойся тени, здесь она добра.
Ложится мягко, как мазок загара.
Стрижи летают низко, глечик старый
Колотится на острие двора.

Рассыпчатым песком струится день,
Поглаживая спины рыжих лодок.
Ты слышал треск? На бочке лопнул обод.
Июнь родился в дождевой воде.

Воображаемое путешествие

Октябрьская трудится пчела
Над жёлтым сном, чтоб не погибнуть в зиму.
Сегодня у меня билет до Рима.
Вчера в Монтрё и в Падуе была.

Летит сквозь ночи одинокий лист,
Сквозь города и страны, неучтённый,
Один из многих, неодушевлённый,
Забывший душу на краю земли

Или луны? Мечты? А может, сна?
На хрупких перекрёстках Неверленда…
Поправит шарф немолодая Герда
И сядет ждать свой поезд у окна.

Asta la vista

Месяц надел коньки – рассекает по Бугу.
В стылом Excel реки подбивает смету:
Столько-то задохнулись от счастья, столько – від туги.
Хлопьями сны облетают на Стрелке с веток.

Сердца карман дыряв – растерялись звёзды.
Где та одна, что всех важней и лучистей?
В крайний фонарь у речвокзала вмёрзну.
Маленький Бог мурлыкнет: «Asta la vista…»

Новогоднее

Здесь чудо не снилось, а свет фонарей недобитых
Не красит в карваевский жёлтый дворы и мосты.
Стучи и откроют, но двери надёжно закрыты.
Пусты переулки ночные и души пусты.

Здесь чтобы увидеть, зажмуриться надо и слушать:
Трамвай громыхает по Даля, искрят провода.
Святой Николай на Намыве ступает на сушу
Из Южного Буга. И в небе восходит звезда.

На день, на короткое время огни зажигают.
И кажется – мир, и любовь, и прощенье в глазах.
И ёлка стоит на Соборной от слёз золотая,
И добрые музыки в суржике местном сквозят.

Но кончится праздник, погаснут гирлянды и свечи,
И взвоет собака в похмельном соседском дворе.
Ты душка, мой город, – в узоре рифмованных речень.
Стоишь, новорожденный, в слякоти и серебре.

Ольвийское-2
Злоба разбивается о камень.
Нет, не разбивается, вру.
Солнце с перебитыми ногами
Валится в ольвийскую траву.

Нежность нависала над Агорой
Целым небом – молоко и мёд.
Выдохлась и ждёт, когда по взморью
Труп врага и друга проплывёт.

С кожей толще, чем плита гробницы,
Над плитой гробницы склонюсь.
Что тебе, мой Анахарсис, снится?
Промолчи – и превратимся в блюз.

…и звезда упала за Терновку
Владимир Пучков

Осень по луне рисует тушью,
Ставит краснобокую печать.
Нелюбви обугленную тучу
Держит город на своих плечах.

Вымерзли слова, дыханья, руки,
Пустота губительней ножа.
Над херсонской трассой виадуки
От тоски и холода дрожат.

Эй, водитель, сделай остановку.
Выйду в реку, мне теперь сюда.
И звезда упала за Терновку,
Чтобы не вернуться никогда.