От Московской заставы до Сенного рынка — минуя гостиный ряд и воловий двор… Это улица Московская

московская
Дом Сиротинских на углу Таврической (Шевченко). 1930 год

Не мудрствуя лукаво наши предки в XIX веке давали некоторым улицам имена — указатели дорожных направлений. Херсонская и Одесская вели за пределы города – к нашим ближайшим соседям, Черниговская была «ориентирована по меридиану» на «северный» город Чернигов. Московская улица брала начало от переправы на Ингуле — там в XIX веке стояла «Московская застава», где заканчивался тысячекилометровый путь, тянувшийся от российской столицы.

РЕМЕСЛЕННАЯ И МАСТЕРОВАЯ
Улица Московская получила свое название 185 лет назад. Советская власть ее переименовала: с 1926 по 1952 год носила имя Ивана Франко (за исключением четырех лет немецкой оккупации). Мирно сосуществуя рядом с торговой и культурно-общественной Соборной, она была улицей скромной – ремесленной, мастеровой. В первых этажах домов размещались разного рода небольшие конторы и заведения, в подвальчиках и полуподвальчиках – мастерские. Изготовленная в них продукция отправлялась в торговые лавки по соседству – на Соборную.
Нашу экскурсию по Московской мы со старшим научным сотрудником краеведческого музея Игорем Гавриловым начинаем от сквера Ольшанцев.
– Справа у нас остаются «задворки» Адмиралтейского собора, слева – минуем дом Николая Леонтовича и его аквариум, – рассказывает Игорь Владимирович. – После революции оба эти городских объекта еще существовали. Вот только в церковном саду в 20-е годы прошлого века оборудовали циклодром или, говоря более современным языком, велодром. Здесь тренировались и проводили соревнования велосипедисты. Есть фотографическое тому подтверждение.

московская
Велодром. 1929 год

На квартале от Адмиральской до Никольской не сохранилось ни одного старого дома – ни по правую, ни по левую сторону. Там, где нынче стоят Дворец творчества учащихся, областной архив и послевоенная «сталинка», находились дома двух владельцев: купца Николая Михайловича Шардта и чиновницы Анастасии Ивановны Присеки.
На левой стороне улицы теперь стоит трехэтажное здание, построенное после войны, в 1954 году. Здесь получили квартиры работники трамвайного управления (Московская, 4)*. А в XIX веке этим участком владели два хозяина. Один из них – французско-подданный Альфред Иванович Виньон.
Фамилия Виньон – известна в николаевской истории, ибо связано с ней немало интересных событий. И мы не откажем себе в удовольствии об этих событиях напомнить. К удивлению многих, наш рассказ будет сильно отличаться от душещипательного повествования о судьбе госпожи Феодосии Орешниковой-Виньон, якобы венчавшейся с французским капитаном дальнего плавания, которое бродит сегодня по просторам Интернета.
Дело в том, что историк Игорь Гаврилов нашел в архивах документы, которые рисуют несколько иную жизненную эпопею Феодосии Ильиничны. Так бывает – истина открывается, когда являются на свет подлинные документы.
НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ ГОСПОЖИ ВИНЬОН
Французский гражданин Альфред Иванович Виньон прибыл в Российскую империю, мечтая развернуть здесь свою предпринимательскую деятельность, в 1870 году. В Николаеве, на углу Никольской и Московской, у грека Георгия Доризо он прикупил участок, на котором стояла мельница. Мельничный бизнес исправно давал неплохой доход, так что Альфред решил пристроить рядом макаронную фабрику, что было вполне логично – свежемолотая мука тут же превращалась в добротные макаронные изделия. Жил он в Николаеве довольно продолжительное время и, основательно пустив корни на нашей земле, решил завести семью – женился на вдове Феодосии Ильиничне Орешниковой. К тому времени было им уже далеко за 40: точнее, невесте – 46, жениху – 47 лет. Вдовушка к тому же имела взрослого сына Леонида.

московская
Дом госпожи Виньон

Виньоны были люди состоятельные, приобрели доходные дома в Николаеве и Одессе. Когда в начале XX века Альфред умер, госпожа Виньон затосковала. Еще раньше ушел в мир иной и ее сын от первого брака Леонид Гаврилович Орешников – в свои 40 с небольшим.

московская
Госпожа Виньон. Рисунок Сергея Пантелейчука

В память о сыне Феодосия Ильинична решила возвести храм на территории николаевской больницы, на улице 2-й Экипажеской. Поступок был продиктован благими намерениями. За неимением поблизости церкви больные, медики и служащие были лишены возможности регулярно посещать богослужения и молиться – так рассуждала госпожа Виньон и пожертвовала на строительство больничного храма 10 тысяч рублей, что составило почти 70% от общей суммы затрат. При этом благотворительница завещала назвать храм во имя святых Леонида и Феодосии и похоронить себя в церковном склепе.

В историю города церковь вошла как Леонидо-Феодосиевская, и это была последняя церковь, построенная в Николаеве до революции 1917 года. Сегодня она носит имя святого Пантелеимона Целителя. Стоит отметить, что при советской власти в городе не была выстроена ни одна церковь, вернулись к возведению храмов только в начале XXI века.

московская
Леонидо-Феодосиевская церковь на территории больницы

Мадам Виньон умерла в 1916 году. Место ее захоронения могло бы навсегда остаться тайной за семью печатями, если бы не случай. Здание храма, где в годы безбожия, находился больничный клуб, с наступлением украинской независимости вернули Православной Церкви. В 1992 году здесь начался ремонт, и любопытные строители, спустившись по разрушенным ступеням в подвальное помещение, решили заглянуть, что там – за замурованной дверью. А дальше – как в приключенческом фильме: затянутое паутиной «подземелье», гроб на подставках в виде львиных лап, под массивной крышкой – останки женщины… белое полупрозрачное покрывало, засохший букетик цветов, пустой флакон от духов, деревянный католический крестик в руках, бронзовый медальон с изображением Ченстоховской Божьей Матери.
Сотрудники николаевского краеведческого музея событие зафиксировали – тогда еще не было понятно, кто и почему здесь похоронен. Безымянную госпожу вернули на место упокоения. А имя ее стало известно историкам гораздо позже – Феодосия Виньон.
Кстати говоря, род Орешниковых имел продолжение: внук госпожи Виньон – Павел Леонидович Орешников – был журналистом, поэтом и, по слухам, водил знакомство с самим Сергеем Есениным.
«ИЗРЯДНО ОЩИПАННАЯ,
НО НЕПОБЕЖДЕННАЯ»
– Однажды, когда я размышлял о судьбе улицы Московской, невольно напросилось сравнение… Помнишь такого персонажа – Петух из «Бременских музыкантов», который вышел после драки «изрядно ощипанный, но непобежденный»? Так и Московская – ее сильно пытались испортить, но она сохранила свою привлекательность своеобразными «островками». Среди стекляшек и «голубятен»-пристроек нет-нет да и проглянет что-нибудь стОящее. И это стОящее иногда может прятаться в глубине двора. Мы-то оцениваем дома прежде всего по их фасадности на улице, а в Николаеве есть интересные домики, которые скрыты внутри дворов. Их мало кто видит. Они интересны, потому что не испорчены евроремонтами… там открывается такое богатство. Встретимся с одним из них на улице Московской, 10 – во дворе дома полковника Снетова, – рассказывает Игорь Гаврилов, с которым мы переходим улицу Никольскую.московская
Весь квартал по правую сторону был сожжен в годы Второй мировой войны. Там значительную территорию на углу Соборной занимала гостиница «Лондонская» – ее-то и сожгли наши перед самой немецкой оккупацией. Потом пришли немцы и все дома, стоявшие поблизости, «добили».
После войны решили на сожженном квартале ничего не восстанавливать. Возвели большущий дом для заводчан… «сталинский ампир». Кстати говоря, вполне приличный «ампир» из пиленого камня – с арочными окнами, полуколоннами, лепным орнаментом.
Собственно говоря, еще задолго до «ампира», в середине XIX века, место это было примечательное: стоял тут неброский одноэтажный домик, в котором в 1840 году немецкий подданный Иван Миллер открыл первый в Николаеве театр. Представления проходили в подвальном помещении, и работало это театральное заведение до тех пор, пока в городе не было выстроено «полноценное» здание – театр Русинова на улице Рождественской.
По левую сторону Московской – от Никольской до Спасской – кое-что из старых особнячков сохранилось. Угловой дом (где много лет находилось турбюро «Спутник») менял хозяев, пока не оказался в руках мещанина Мойше Янкелевича Фельдмана, а затем – потомственного почетного гражданина Бороха Абрамовича Сойфера. Владельцы сдавали помещения под разные заведения. Пивная Бальмели обосновалась здесь в 1869 году; иллюзион «Экспресс» – в 1910-м; языковые курсы Берлица – в 1911-м.
Следующий одноэтажный дом плюс одноэтажный флигель плюс двухэтажный дом во дворе (Московская, 10) принадлежали наследникам полковника Снетова. Затем их выкупил мещанин Алексей Степанович Сидоренко.
И наконец угловым домом на Спасской-Московской владел купец Иван Яковлевич Гридин. Сегодня дом снесен и на его месте построен новый одноэтажный магазин фирменной одежды «Воронин».
НЕСОСТОЯВШИЙСЯ «ТЕАТР ЛЕБЕДЕВА»
А вот на этом квартале, где много лет стоит известный разным поколениям николаевцев кинотеатр «Родина» (Московская, 9), нам придется снова задержаться, чтобы послушать рассказ о «театре Лебедева».

московская
Недостроенный театр Лебедева. 1914 год

Николай Дмитриевич Лебедев (режиссер-постановщик – и не каких-нибудь водевильчиков, а уважаемых классических пьес Островского и Горького, позднее – импресарио коллектива «Русская опера Н.Д. Лебедева») в начале XX века не раз бывал с гастролями в Николаеве. Мечта построить свой собственный театр, а не мыкаться по арендованным помещениям в городе Херсоне, зрела в нем долгое время.
Участок для строительства нашелся в нашем городе на улице Московской – бывшие владения купца Николая Ивановича Леппавы. Нашлись и «спонсоры» – деньги Лебедев взял в Николаевском Кредитном Обществе. Работы продвигались весьма успешно – в 1913 году театр уже должен был открыть свой первый театральный сезон, обещая стать изюминкой города. Большой зрительный зал, вдобавок к нему – особое концертное помещение. Со стороны Соборной планировалось построить шикарный трехэтажный пассаж и сделать главный театральный вход – в партер и ложи.
…Но – не судьба. Весной 1912 года председатель Кредитного Общества, капиталист-заводчик, гласный городской думы, коммерции советник Георгий Властелица был арестован, а вместе с ним – целый ряд сотрудников банка и членов правления. Начался шумный процесс по делу о злоупотреблениях.
Стройка остановилась. Финансирование прекратилось. Стены несостоявшегося театра ушли с торгов. И потом на долгие 50 лет «театральные» подвалы стали пристанищем для криминального элемента, нищих и бездомных горожан. Достроили здание только в 1963 году. Громадной его территории хватило, чтобы разместить тут советский кинотеатр «Родина» и областную научную универсальную библиотеку им. Алексея Гмырева.

московская
«Сталинский ампир» на углу Спасской хорош и сегодня

Дома, примыкающие к «театру Лебедева» справа и слева, сохранились до наших дней. На углу Спасской – большой трехэтажный доходный дом (изначально имел два этажа) принадлежал жене прусско-подданного Варваре Николаевне Иешке (Московская, 7). В 1896 году она открыла там гостиницу «Всероссийская». Затем этим домом владел ее муж Юлиус-Фердинанд Карлович Иешке, а в начале XX века владелицей стала жена мещанина Елена Семеновна Зотикова. Статус отеля дом сохранил на долгие годы. Только Елена Семеновна переименовала его в гостиницу «Берлин». А новый хозяин Иван Федорович Теличкин в 1912 году дал новое звучное имя – «Большая Московская гостиница».
Следом за «домом Лебедева», на углу Большой Морской, сохранилась солидная двухэтажка – это был один из самых крутых доходных домов в Николаеве. Он принадлежал купцу Леппаве, однако владелец разорился и умер, а дом пошел «кочевать» из рук в руки. Абрам Зельманович Шулькин купил его в начале XX века и владел вплоть до 1920 года.
Каких только мастерских не повидали эти стены за 60 лет! «Золотых дел мастер Фридман», «Сапожная мастерская Гончарова», «Мастерская шапочного мастера Иванова», «Башмачная мастерская Дашкова», «Мастерская мужского портного Селеванского», «Мастерская дамского портного Сада», «Часовая и электро-гальваническая мастерская братьев Вильчепольских», «Парикмахерская Миллера», «Шмуклерское* заведение Долгоносова», «Типография Штернштейна»… Размещалось тут и развлекательное заведение – танцевальный зал «Лира», где «под видом танцев» собирались на сходки молодые революционеры.
ДОМА СОХРАНИЛИСЬ – НО ИХ УЖЕ НЕ УЗНАТЬ
Левой стороне улицы Московской (от Спасской до Большой Морской) повезло больше, чем правой. Там дома сохранились, однако – перестроенные-перекроенные – уже «узнаются» с трудом.московская
На углу находился двухэтажный дом (Московская, 12) личного почетного гражданина, старшины портного цеха николаевской ремесленной управы Христиана Ивановича Блюмгарда. Следующим его владельцем стал купец Ишае Давидович Шнейдер. Помещения сдавались в основном под пошивочные мастерские, однако были здесь и меблированные комнаты, которые пользовались популярностью у прибывающих в командировки людей среднего достатка.
А вот в доме по Московской, 16 проживал человек, хорошо известный в Николаеве, – итальянско-подданный Карл Людвигович Аллиауди, сын суконного фабриканта. Семья Аллиауди владела двумя рядом стоящими домами: в большом одноэтажном – жили сами хозяева, а помещения второго – сдавались под мастерские: пошивочные и меховые (конец XIX – начало XX веков).

московская
Часовня на могиле Луиджи Аллиауди на николаевском некрополе

Об этом семействе стоит рассказать чуть-чуть подробнее, ибо фамилия стала топонимом на карте Николаева – «полуостров Аляуды». В 20-е годы XIX века в Николаев приехал итальянский купец и промышленник Луиджи (Людвиг) Аллиауди (годы жизни приблизительно: 1790 – 1850), который взял подряд на поставку флоту мундирного и другого сукна. Дела пошли хорошо, и Луиджи арендовал для продвижения своего бизнеса казенную суконную фабрику в Богоявленске. На плане города 1880 года полуостров в Ракетном Урочище значится как «хутор Аляудин». Очевидно, земля была продана потомкам Луиджи. Осталась о семействе и еще одна интересная «памятка» – красивая каменная часовня на старом некрополе.

…И снова нас ждет очень интересный отрезок улицы Московской. Весь «квартальный квадрат» Московская-Потемкинская-Соборная-Большая Морская до войны был занят гостиным рядом – здесь стояли красные лавки, бакалейные и мелочные. Только по Московской располагались 11 лавок. Здесь можно было купить всё – начиная от иголок и заканчивая надгробными памятниками. Пользовалось спросом вино с виноградников гласного городской думы Анатолия Бредихина, которое продавалось в погребах.
Насадивший виноградники на землях своего имения (село Петрово-Солониха) и основавший винодельню, Анатолий Александрович в 1905 году получил право выпускать вино под собственной торговой маркой. Не лишним будет напомнить, что николаевский винодел доводился родным братом знаменитому астроному с мировым именем – Федору Александровичу Бредихину, который также является нашим земляком.
Сегодня вместо гостиных рядов стоит громадная «сталинка». Её «советская» биография примечательна тем, что в 1980-е годы на углу Потемкинской открылся первый в Николаеве специализированный рыбный магазин «Море». Ассортимент в нем был очень приличный.
ОТПЕЧАТКИ ВОЙНЫ
Следующий отрезок нашей экскурсии – по левой стороне от Большой Морской до Потемкинской. Пройдемся по нему быстро, потому как особо примечательных домов и фамилий здесь мы не встретим. Назовем лишь владельцев, сохраняя современную нумерацию (для особо дотошных краеведов). Угловое здание – дом купца по имени Моисей Ага (Большая Морская, 69). Наследники караимского купца Ильи Когена – Московская, 18. Дом жены титулярного советника Марии Алексеевны Бажановой – Московская, 20. московская
Угловым домом (Московская, 22) владел купеческий сын Моисей Иосифович Белич. Кстати говоря, в 1895-1902 годах здесь размещалась первая частная «лечебница для приходящих» и место заседаний Общества врачей Николаева, а также работала зубная лечебница врача И. Айнберга.
– Двум домам на углах Московской-Потемкинской по левую сторону в годы войны не повезло – они были разрушены во время бомбежки. Вообще-то наши войска город не бомбили, но так получилось, ошиблись – всего лишь две авиабомбы, сброшенные на Николаев за всё время оккупации, попали именно сюда. Погибли люди… Это единственное напоминание о налетах советских бомбардировщиков, – рассказал Игорь Гаврилов. – И что интересно – после войны на этом месте так ничего основательного и не построили… наверное, не могли забыть о трагедии. Всегда стояли тут какие-то временные овощные павильоны, «стекляшки» – питейные и столовые заведения типа кафе «Лето».
КАК БУДТО В ДЕТСТВО ДАВНЕЕ
ВЕДУТ МЕНЯ ОНИ
Оставив позади Потемкинскую, справа мы обращаем свои взоры на угловой трехэтажный жилой дом по адресу: Московская, 31. В XIX веке размещался на этом углу особняк вдовы турецко-подданного Дарьи Александровны Сабюф. Однако в начале 30-х годов XX столетия его снесли: в городе начался «строительный бум» – городские власти решили избавляться от старых обветшавших строений и на их месте возводить «кооперативные многоэтажки». На фоне одноэтажного Николаева три-четыре этажа – это было круто.московская
– Мой район, здесь прошло мое детство… Я помню два очень красивых дома с колоннами, которые тянулись от угла по Таврической и по Московской (теперь – номер 33). Оба дома принадлежали богатой купеческой семье Еремея Андриановича Сиротинского. Архитектура одного из них, стоящего на Таврической, частично сохранилась: небольшая крытая галерея над входом, украшенная колоннадой и увенчанная фронтоном… Сиротинские были старообрядцы. Имели много недвижимости, вели большую торговую деятельность. Вообще в этой части Николаева жило немало семей староверов, которые старались держаться поближе друг к другу, посещали старообрядческую церковь на углу Малой Морской и Спасской, – рассказывает Игорь Гаврилов.
По левую сторону от Потемкинской практически все дома сохранились, однако тоже сильно перестроены. На углу дом, о котором мы уже упоминали (разрушенный во время бомбежки), принадлежал сыну купца, караима Семена Абрамовича Селюка. Далее двухэтажный доходный дом (Московская, 26), красивый, с арочным входом во двор, это были владения жены подполковника Ольги Ивановны Шемидинской. Одно время здесь располагалась ветеринарная служба 7-го Донского казачьего полка. А в 1919 году жила доктор Мария Семеновна Любченко – та самая, которую обвинили в предательстве: якобы это она выдала врагам подпольную группу Виктора Лягина… хотя обвинения сии так и не подтверждены документами.
– На Московской, 28 сохранился небольшой дом и большой двор с флигелями – купца Федора Фомича Лошкарева и наследников. Его сын Сергей Лошкарев (1866-1936) работал в 20-30-х годах в нашем краеведческом музее и оставил воспоминания, рисующие подробности николаевской жизни в конце XIX – начале XX столетий… там есть немало интересной информации об улице Московской и ее жителях, – говорит Игорь Гаврилов.
И наконец на углу Таврической-Московской привлекает внимание очень симпатичный, не так давно капитально отремонтированный дом (Московская, 30). Когда-то принадлежал он наследникам купца Марка Исааковича Габиса, теперь здесь – магазин мебели.

московская
Дом на углу Таврической. Владелец — Марк Исааковича Габис, 1989 год

Следующий отрезок нашего пути – Шевченко-Католическая, нечетная сторона. По мнению компетентного историка, это был очень интересный квартал. По правую сторону стоял большой дом купца Хаима Боруховича Прилуцкого. Советская власть здание национализировала и в 20-е годы открыла в нем первый в городе кожно-венерологический диспансер – видимо, «половая тема» была актуальна для советского здравоохранения. Располагалось тут лечебное учреждение более полувека, потом его убрали подальше с глаз: центр города все-таки, а тут – венерические больные. В 1980-е годы партия решила это наследие прошлого вообще снести и построила девятиэтажный жилой дом для работников Николаевского обкома Коммунистической партии Украины.
Есть на этом же квартале старое угловое, довольно примечательное здание (Московская, 35), в котором после революции власти разместили городскую поликлинику №2, а позже – детский сад. В позапрошлом веке домом владел купец Дмитрий Алексеевич Чигринцев и его жена Татьяна Максимовна. За годы советской власти в этом детсаду выросло не одно поколение николаевцев. Да он и сегодня не изменил своего назначения… редкий случай в городе: 2020 год, а дети «обитают» в здании XIX века.
ВОЛОВИЙ ДВОР
Стоит обратить внимание на «аномальность» четного квартала от Таврической до Херсонской: здесь улица Католическая упирается в Московскую и – заканчивается. Почему так? Оказывается, весь громадный участок-квадрат, очерченный Таврической, Московской, Херсонской и Малой Морской, занимал… воловий двор морского ведомства. Иначе как было без тягловой силы перевозить тяжести? Например, камни для строительства зданий.
Воловий двор на Московской появился в начале XIX века. Утром пары волов впрягались в раздвижные телеги и отправлялись на работу. Согласно сохранившимся документам, в 1863 году использовались около 30 пар волов. Город разрастался, и со временем содержание животных по соседству с жилыми домами стало напрягать горожан. Воловий двор переместили на окраину – поближе к Лескам. «На природе» содержать их было гораздо проще – волы паслись на естественной травке и отдыхали в лесковских рощах.московская
С ликвидацией Воловьего двора территория быстренько застроилась домами. На углу Московской и Таврической (ныне – дом 32) поселилась вдова унтер-офицера Елена Разумова, потом – ее наследники. Разрушенный в гражданскую войну, дом восстановлению не подлежал – и на его месте в 1953-м построили четырехэтажку для работников судоремонтного завода.
Дальше по улице сегодня стоит целый ряд одноэтажных домиков – симпатичных, но о-о-очень перекроенных на современный лад. Принадлежали эти дома наследникам уже упомянутого нами купца Сиротинского. Красивый доходный дом, с входной аркой, с флигелями во дворе (Московская, 36), достался одной из дочерей Сиротинского – Марии Еремеевне, которая вышла замуж за полковника Петра Алексеевича Михайлова. Господин Михайлов был главой строительного отделения городской управы и вместе с архитектором Евгением Штукенбергом построил в Николаеве немало хороших зданий. Следующей владелицей этого дома стала дочь Михайлова – Мария Петровна Бельвейс.московская
Домом, в котором сегодня разместился отель «Император» (Московская, 38), владела жена мещанина Пелагея Яковлевна Кардашева. А хозяином большого двухэтажного доходного дома на углу (Московская, 40) был купец Герша Натензон, и следом за ним – Аарон Левин (Леве). В 1902-1912 годах здесь находилась гостиница «Ново-Одесская» В 1914-м – гостиница «Метрополь». Сегодня на первом этаже – отделение «ПриватБанка».
И наконец, завершающий квартал по нечетной стороне перед нынешним проспектом. Сохранился угловой дом (Московская, 37). Это снова владения купцов Сиротинских – в частности, полковника Петра Алексеевича Михайлова. В 1912 году в доме размещалась гостиница «Пальмира» господина Варшавского. А на месте нынешнего ресторана «Арка» стоял дом купеческой дочери Марии Мартыновны Баздыревой, где в 1899 году находилась гостиница «Крымская».

МАРШРУТ ДО СЕННОЙ ПЛОЩАДИ

По другую сторону Херсонской – улица Московская также могла похвастаться целым рядом интересных домов. На Московской, 42, в доходном доме купеческой дочери Маргули Иосифовны Лившиц размещалось Агентство пароходства Лившиц (1905 г.).
На Московской, 41, в доме вдовы мещанина Татьяны Тихоновны Фомичевой (сейчас – салон красоты), работала фабрика церковных восковых свечей Устина Фомичева (1891 г.).московская
Дом вдовы мещанина Марии Лямзиной (Московская, 53) арендовало училище с детским садом и пансионом Маршака (1909 г.).
В доходном доме купца Валентина Христиановича Дауэнгауэра (Дунаева, 36) располагалась живописная и иконостасная мастерская М.В. Зотикова (1891 г.). А в доме вдовы мещанина Натальи Ивановны Бурьян (Московская, 61) работал каретный мастер Владимир Прокофьевич Пономаренко (1909 г.).
Купец Яков Сегель был владельцем нескольких домов на отрезке Привозная-Сенная, и весьма знаменитым в истории города стал его дом, где в 1913 году открылась аптека провизора Карла Самуиловича Бланка – дяди поэта Иеронима Бланка. Аптека существовала в этом здании долгое время уже в советские времена, а в 2005-м резко сменила свое амплуа – и помещение стало… малой сценой Николаевского академического украинского театра драмы и музыкальной комедии.московская
Чем ближе в окраине города, тем больше было на улице мастерских. На Московской, 71 сохранился угловой дом владельца фургонной и каретной мастерской Василия Емельяновича Потатурова (построен в 1910 году). А на Московской, 60-62 – в домах мещанина Ивана Коппа и его жены Лукии Михайловны – работала фабрика фургонов и рессорных бричек И.Я. Коппа (существовавшая еще с 1877 года).
Заканчивалась улица на Сенной площади. Сено было одним из самых ходовых товаров в XIX веке – кормовая база для воинской конницы, извозчичьих лошадей, рабочих волов. А потом – пришла эра автомобилей и машинной техники. Сенная площадь стала стадионом «Юность». Но это уже началась новая страница николаевской истории.

Наталья Христова.
Фото из архива Игоря Гаврилова.

____________________________________

* В статье приводится современная нумерация домов.

* Шмуклер – бахромщик, изготовлявший шнуры, кисти, бахрому.